В тульском театре драмы показали «Расточителя»

Автор: Марина ПАНФИЛОВА. Газета «Московский комсомолец» в Туле» от 25.04.2016.

Режиссер Родион Овчинников, поставивший в Тульском академическом театре драмы «Расточителя», буквально взорвал действие произведения Николая Лескова. Неспешное повествование драматурга опрокинуто: здесь все – вихрь, ураган, «половодье чувств». И главная движущая сила, воплощение всех страстей сразу – купец Фирс Князев, роль которого исполнил сам постановщик.

В тульском театре драмы показали

фото: Елена Кузнецова

С первых минут спектакля он приковывает к себе зрительское внимание: этот неуемный персонаж – словно огонь бушующий, все его чувства – через край. Недаром в начале Князев охлаждает буйну голову, окуная ее в ведро с водой – одна стихия гасится другой. Иначе, кажется, здесь вспыхнет все, и займутся пламенем условные декорации в форме креста, которые в самом начале раскручивают, как карусель, два персонажа, помеченные в программке, как «черная сотня».

Про скупое на первый взгляд оформление сцены, созданное самим режиссером, можно говорить много: здесь есть и минимализм сегодняшнего дня, и необходимая подсказка зрителю, которому лесковский текст 150-летней давности может показаться сложноватым. Чего стоит трансформация этого грохочущего лопастями стола в тюрьму, где мгновенно оказывается замурованным молодой купец Иван Максимович Молчанов (Андрей Харенко)!..

Новый спектакль с уверенностью можно назвать удачей нашего театра, где все чаще – в духе времени – зрителя стараются рассмешить, повеселить. На «Расточителе» у публики эмоций сполна: есть возможность и посмеяться, но в основном ее сподвигают размышлять, а еще – сопереживать, на что и рассчитывал писатель, создавший в 60-е годы XIX века эту драму из русской жизни.

В то время она считалась передовой, поскольку темы затрагивались самые актуальные, и употреблялись новые – модные! – слова. Когда Молчанов пытается улучшить положение рабочих, против этого решительно восстают все, а прежде всего – Князев и городской голова Колокольцев (Юрий Богородицкий).

«Ты там своим рабочим долю назначаешь… Это – социализм… Когда тут нам в эти годы с рабочими сентиментальничать! Ведь это в литературе хорошо сочувствовать стачке рабочих… Ты знаешь, я и сам этому сочувствую и сам в Лондоне на митинги хаживал», – так комментирует действия купца градоначальник.

Чтобы монологи персонажей не звучали, как нравоучительные, режиссер сумел сделать действие невероятно динамичным. Здесь все и вся находится в постоянном движении: Князев, толкующий о судах и деньгах, при этом гоняется за думским секретарем Минутко (Валерий Жуков), швыряет в него ведро, плещет водой.

А Колокольцев, «по-модному» завитый и одетый, вдруг делается болтлив на отвлеченные темы, жестикулирует, дурачится, разливает вино по стаканам, а потом уже переходит к «сурьезу», который на подобном контрасте выделяет для себя и публика.

Таким образом произведение Николая Лескова словно заново прочитывают для современных зрителей, точнее – вместе с ними, отходя от скучных шаблонов школьной программы, но и не пытаясь «переместить» героев в день сегодняшний.

Родион Овчинников пошел по собственному пути: он не переносил время и место действия, но пороки человеческие изобразил столь выпукло, что они предстают не просто карикатурно, а безобразно – особенно в том свете, который исходит от уже упомянутых риз.

И разве ложь, предательство, стяжательство, жадность изжили себя? Потому и спектакль, где нарядно одетые герои говорят цветистыми фразами, вдруг становится актуальным – про нас.

Вкрадчивый и жадный Минутко, манерами напоминающий кота, подстерегающего мышь: как только выгода забрезжит, он – тут как тут. Лощеный, игривый красавец Колокольцев мгновенно преображающийся в жестокого ловкача. Даже добродушный, слезами истекающий «за правду» Калина Дробадонов (Борис Заволокин) тут же способен откреститься от нее – под вроде и благовидным предлогом.

Про Князева, инициатора всех событий – речь особая: властен до жестокости, жаден до патологии, эдакий фюрер губернского масштаба.

Особенно явно это проявляется в сцене суда над Молчановым, где герои то монотонно произносят речи, то в унисон частят… А Иван Максимович ничком лежит на сцене на подушке: страшный сон, где против него сплотились бывшие близкими люди, и уничтожают, предают, и нет сил проснуться и разогнать наваждение.

Разумеется, за раскрытием социальных пороков не была забыта и вечная тема любви – тут страстей и переживаний еще больше. Недаром же у французов есть поговорка, что все истории войн написаны женской помадой: не только из боязни, что нарушится порядок в обществе, Князев подводит под суд Молчанова: оба влюблены в Марину (Лариса Киеня), каждый по-своему пытается заполучить ее. И невероятная женщина, которая появляется на сцене, – подтверждение их сумасшествия: нежная, пылкая, обольстительная, искренняя: такая может только во сне присниться.

Но тут появляются помехи: жена Молчанова – Мария (Наталья Красильникова), красавица, румяная, как матрешка, как может, бьется за свое счастье.

А ее мать Анна Семеновна (Наталья Дружинина) оказывается в молодости «амуры крутила» с Князевым, и сейчас не готова его уступить молодой сопернице – бесхарактерный супруг (Анатолий Кирьяков) в этом ей не помеха. Ах, как хороша актриса в этом новом амплуа, в котором не представала прежде – а ведь надо было избавиться от штампов, которые появились за годы на сцене и уже понравились зрителям, а это под силу далеко не каждому лицедею. Дружинину публика любит и знает другой – тонкой, интеллигентной, чуть ироничной. И вдруг – вихрь, сметающий все на своем пути, еще одна стихия – под стать Князеву.

Но выделять отдельные роли здесь невозможно, хочется отметить актерский ансамбль, где каждый исполнитель буквально превзошел себя. Во всяком случае, на сцене ТАТД такого зрелища не было давно.